Новости - Общество - Людмила Волочкина: «Мать заменить невозможно»

Людмила Волочкина: «Мать заменить невозможно»

07.02.2018 в 19:00 1551 Марина Овсянкина
Людмила Волочкина: «Мать заменить невозможно»

Начальник отдела по делам несовершеннолетних и защите их прав рассказала о радостях и сложностях работы.

Маленький кабинет в обветшалом особняке в старой части города. Две женщины, кипы бумаг и не умолкающий телефон. Таким мы увидели головной отдел разветвлённой системы под названием Комиссия по делам несовершеннолетних. В этом году комиссии по всей стране отмечают столетний юбилей. Это и стало поводом для нашего разговора с начальником серпуховского районного отдела Людмилой Волочкиной.

— Людмила Евгеньевна, расскажите вкратце об основных направлениях работы Комиссии.

— Во-первых, это профилактика правонарушений и ущемления прав детей и подростков. Если ребёнок уже ступил на кривую дорожку, мы все силы кидаем на то, чтобы он как можно скорей вышел из кризиса. То же относится и к родителям. В острых семейных ситуациях мы выступаем с иском о лишении родительских прав, но мы же помогаем восстановиться в них, если люди возьмутся за голову. Также наша работа подразумевает применение карательных мер, таких как наложение административных наказаний. Здесь работа комиссии граничит с работой мирового суда. Совместно со службой судебных приставов взыскиваются штрафы с неплательщиков. Но, повторюсь, если дело заведено и наказание наложено, – наша миссия не закончена. Наступает черёд индивидуально-профилактической работы. Мы даже ввели в состав комиссии представителя серпуховского благочиния.

— Когда ваш личный путь пересёкся с траекторией КНД?

— Это очень интересно. Я заканчивала серпуховскую школу №3. Учились мы в одном классе с воспитанниками детского дома. И я видела, как сложно этим детям и в бытовом плане, и в плане общения. Но всё равно мы находили точки соприкосновения с ними, занимались вместе в лыжной секции. А во взрослом возрасте сама судьба привела меня на работу в соцзащиту населения. Там было подразделение, обеспечивающее деятельность комиссии по делам несовершеннолетних. Мне предложили эту должность, я поработала на ней месяц – и наотрез отказалась продолжать. Я была в шоке от объёма работы, от её сложности, от моральных переживаний. Но на тот момент замены не было, я стала работать дальше. И когда я начала во всё вникать, нарабатывать взаимоотношения с людьми – я поняла, что справлюсь. У нас своеобразный контингент. Есть наркоманы, пьяницы, уголовники, часто приходится разбирать очень сложные внутрисемейные отношения. И сейчас, когда человек приходит на комиссию, я многое о нём могу сказать чуть ли не с первого взгляда, знаю, на каком языке с ним говорить. На это ушло 19 лет.

— За эти годы как изменились сами семьи?

— В современных условиях если ты не будешь работать, ты не будешь кушать. Даже самые неблагополучные родители осознают необходимость труда для дальнейшего выживания, устраиваются на работу. Такой нищеты, как была в 90-е годы, практически нет. Сейчас можно купить вещи подороже, а можно – подешевле. И ребёнок придёт в школу хоть и в дешёвой, но белой рубашечке, хоть и скромном, но платье. Был период в начале моей работы, когда и этого не было. Помню, как я летом собирала детей в военно-спортивный лагерь. Контингент был из ребят, которые уже совершали преступления. Я им покупала носки, трусы, футболки, по магазинам ходила с этой ордой, администрация выделяла нам деньги.

— Заменяли им мать?

— Мать заменить невозможно. Какая бы она ни была, они все безумно любят своих родителей, безумно. И это чувство детей обязательно надо уважать. А вот то, что касается материальных условий – тут надо помогать. До сих пор мы собираем продуктовые, канцелярские наборы, игрушки. Можно нам приносить, всё передадим с удовольствием.

— Какова статистика по лишению родительских прав?

— Статистика стала гораздо оптимистичней. В деревнях и посёлках Серпуховского района все друг друга знают до седьмого колена, и помогают друг другу, стараются воспитывать своих соседей. Больше проблем возникает с теми родителями, которые к нам приезжают, в том числе из Москвы. Недобросовестные риэлторы часто пользуются тем, что пьющие люди готовы обменять московскую квартиру на жильё в области с доплатой. Когда начинаешь с этим работать, ты не всегда можешь исправить ситуацию. Завтра будет судебное заседание по лишению родительских прав как раз в такой семье. Там четверо детей. Кризис наступил оттого, что родители категорически отказывались лечить свою дочь. У девочки серьёзное заболевание, на протяжении долгого времени она испытывала сильные боли, очень страдала. До тех пор, пока мы не пришли, сами не вызвали скорую помощь и не положили её в больницу. Врач сказал, если бы не сделали этого немедленно, на следующий день девочка, возможно, умерла бы. Но я хочу заметить, что, даже если мы выходим с исковыми требованиями о лишении родительских прав или их ограничении, у родителей есть возможность восстановиться в них. Ради бога, одумаешься ты, возьмёшься за голову, докажешь, что можешь воспитывать – тебе окажут доверие.

— Поделитесь историей «выздоровления»...

— Этих историй много, каждая по-своему показательная. Одна мать сильно пила, причём даже во время беременности. Никуда не вставала на учёт, в результате ребёнок родился с тяжёлыми отклонениями в развитии. Пить она не бросила, пришлось лишить её родительских прав. Потом у неё умер отец, она что-то осознала и согласилась лечиться от алкоголизма. Лечение заняло полгода, потом закодировалась, обратилась в суд, мы ей помогли. Её восстановили в родительских правах. Мы по сей день следим за их семьёй. Билеты на ёлку даём, и по бытовым вопросам она к нам обращается. Её затопило, она пришла с просьбой помочь, мы поспособствовали тому, чтобы ей отремонтировали отопление.

— Расскажите о коллективе. Есть ли молодые сотрудники?

— У нас коллектив очень обширный. Комиссия занимается координацией огромной системы субъектов профилактики на территории района, координирует все учреждения, связанные с работой с детьми. В систему органов профилактики входят и учреждения образования, и соцзащита, и спорт, и культура, и молодёжная политика, и здравоохранение, и все правоохранительные органы, уголовно-исполнительная система. Насчёт молодых сотрудников – к счастью, они есть. Девчонки здесь работают шустрые, хваткие, деловые, грамотные – другие не приживаются. Сейчас ведь нужно вести большую работу в сети – это и отчётность, и свой сайт, и новые группы. Это большой информационный поток. Мы даже ведём страничку в Инстаграм, чтобы люди могли обратиться к нам удалённо. Мы рады людям с юридическим, педагогическим, социальным, психологическим образованием.

— Вы говорите «девчонки». А парни в КНД водятся?

— Был у нас опыт, мужчина работал на должности ответственного секретаря, отработал полгода и сказал, что «таааак люди не работают». Нам очень хорошо помогает Николай Николаевич Мезенцев. Он ветеран МВД, 20 лет отработал в детской комнате полиции, знает специфику этой работы, выезжает с нами в рейды.

— Когда молодой сотрудник в первый раз идёт в рейд, как напутствуете?

— Я еду с ним. По одному мы стараемся в семьи не ездить, создаётся рабочая группа из трёх-четырёх человек. Потому что были такие случаи, когда мы приезжали, а дома – скандал, папа пьяный бегает с топором. Вызывали полицию. Потом возвращались. Когда тот же человек был трезвым – с ним можно было найти общий язык. Кстати, у нас активно ведётся работа с наркологическим диспансером. Можем похвастаться – нам удаётся уговорить родителей пройти лечение от алкоголизма и наркомании. Всё исключительно добровольно. За 2017 год семь родителей прошли лечение и кодировку от алкоголизма. А это семь спасённых семей. По ходатайству комиссии лечение бесплатно. Работа с наркоманами гораздо сложней, но алкоголизм, особенно женский, это просто беда.

— С чего он обычно начинается?

— По разному. В одной семье у женщины умер муж, осталось два сына. Она очень долго выходила из этого состояния, а когда опомнилась, у неё уже была стойкая зависимость. Пролечили один раз, хватило кодировки на полгода. Потом она встретила другого мужчину, родила ребёнка, снова пролечилась. При этом она хороший профессионал, достаток был в семье, ей помогали и свекровь, и мать. Семья достаточно обеспеченная, но зависимость поработила человека.

— Как связаны благополучие семьи и достаток?

— Я бы не сказала, что в обеспеченных семьях проблемы возникают реже. Есть много семей внешне благополучных, где родители много работают и мало внимания уделяют ребёнку. У того формируется круг общения, который взрослые просто не могут выявить, связь теряется. В семьях с нормальным достатком тоже очень много проблем, особенно если ребёнок вступил в переходный возраст. С ним разговаривать в этот период бессмысленно – у него гормоны бушуют, он сам себя не слышит и не понимает. Мы взываем к здравому смыслу родителей. Приходится уговаривать, чтобы они просто перетерпели переходный период. Не должно быть конфликта между родителями и детьми. Многие не понимают этого. Они начинают себя жёстко противопоставлять, в результате отодвигают ребёнка настолько, что выстраивается стена.

— Каковы показатели детской преступности?

— За два прошедших года подростками, жителями района, не было совершено ни одного преступления. Считаю, это очень весомый показатель эффективности нашей работы. С подростками из «группы риска» проводится масса мероприятий. В прошлом году мы с ними ездили в цирк братьев Запашных, в детский центр Кидзания, в театр Стаса Намина с посещением храма Христа Спасителя, посещали предприятия, даже совершали экскурсии в следственный изолятор. Кстати, никто из ребят, побывавших в стенах этого мрачного исправительного учреждения, впоследствии не сел на скамью подсудимых. Жаль, что эти экскурсии решили упразднить.

— Вы сказали, что местные подростки ведут себя примерно. А приезжие?

— К сожалению, часто правонарушения совершаются именно иногородними. Поэтому, если ребёнок приходит в школу среди года, мы обращаемся в образовательную организацию с просьбой пристально присмотреться к нему, к семье, позвонить в его прошлую школу, чтобы вовремя эту ситуацию взять на контроль. У нас сейчас активно реализуется 139-е положение губернатора о раннем выявлении случаев неблагополучия в семье. Такая работа предусматривает, чтобы мы на ранних стадиях выявляли кризисные ситуации.

— Щекотливое занятие...

— С одной стороны – да. Но это лучше, чем запустить ситуацию. Также мы отслеживаем линию суицидников. И завершённые эпизоды, и попытки. Если суицид завершён, разбираемся в причинах – разговариваем с родителями, выясняем, на какие сайты выходил ребёнок, чтобы вовремя обратиться в Роскомнадзор, проверить и заблокировать эти ресурсы. Жизнь прервалась, но можно спасти другие. В прошлом году был серьёзный случай с девочкой, которая предпринимала неоднократные попытки суицида. Её тогда направили на лечение в специализированную клинику.

— На какой стадии та история?

— Теперь эта девочка участвует в областных конкурсах, хорошо учится. Она очень красиво рисует, и вообще – абсолютно позитивный человек. Даже внешне преобразилась. То она носила только чёрное, волосы были чёрные с красным, сейчас – волосы светлые, она одета в наряды ярких цветов. Совсем другой человек, боюсь сглазить. Это, пожалуй, самый радостный и ценный подарок для наших сотрудников.

Читайте также

В Подмосковье мать закрыла ребенка в камере хранения в супермаркете
В Подмосковье мать закрыла ребенка в камере хранения в супермаркете Сотрудники магазина взломали шкафчик, чтобы достать оттуда мальчугана.
29.07.2019
Дети просили полицию защитить их от пьющих три дня родителей
Дети просили полицию защитить их от пьющих три дня родителей В Серпухове малыши страдают от алкоголизма отцов и матерей.
16.03.2018
В Серпухове женщина с младенцем просила милостыню
В Серпухове женщина с младенцем просила милостыню Теперь ею будут заниматься сотрудники отдела по делам несовершеннолетних.
17.10.2017
ОДН района рассмотрел 130 дел за полгода
ОДН района рассмотрел 130 дел за полгода Отдел по работе с несовершеннолетними и защите их прав подвел итоги первого полугодия 2017 года в Серпуховском районе.
31.07.2017

ТОПЫ НОВОСТЕЙ

ВНИМАНИЕ! ОПРОС!

Становились ли вы жертвой поборов в образовательном учреждении?
Да, сдаём от 500 до 1000 руб.
150
Да, сдаём от 1000 до 2000 руб.
205
Да, сдаём от 2000 до 3000 руб.
179
Да, сдём от 3000 до 5000 руб.
245
Есть поборы, но я не участвую
122
Нет поборов
197