Седьмого октября мы будем отмечать День Московской области.
Завтра, в воскресенье, будет отмечаться День Московской области. Очевидно, что громких торжеств и народных гуляний по этому поводу не будет, хотя бы в силу того, что подмосковные парламентарии определили дату праздника на весьма холодный осенний месяц.
Но мы решили порассуждать сегодня не о торжествах, а о самом Подмосковье, о том, как оно воспринимается людьми и как регион себя позиционирует.
Для очень многих Московская область представляется, и не без основательно, неким спальным районом, откуда жители, измученные безработицей и низкими получками, готовы по несколько часов добираться на заработки в столицу. Второй образ - дачный. Миллионы москвичей не сидят денно и нощно за МКАДом, а с мая по сентябрь активно выбираются на свои участки в область. Нравится им, например, отдыхать недалеко от свалок или иметь домик в сотне метрах от федеральной трассы - отдельный вопрос. Тут главное другое - транспортная доступность, которая нередко берет верх над престижем района, в котором располагается дача. Если по Ленинградскому или Ярославскому шоссе до крутых мест, расположенных в 30-50 км от Москвы, можно добираться по 4-5 часов, то до мест попроще, например направление по трассе «Крым», можно и 100-120 км преодолеть за полтора часа.
С другой стороны, для жителей отдаленных регионов Подмосковье выглядит не менее заманчивым субъектом, чем Москва. Сотни тысяч людей из сопредельных областей ежедневно участвуют в «маятниковой трудовой миграции», приезжая за длинным рублем в соседние Можайск, Серпухов, Каширу, Орехово-Зуево... Многие работают в Подмосковье вахтовым методом, приезжая из Поволжья, с Урала, Сибири. Но при этом подавляющее большинство трудовых мигрантов рассматривают Подмосковье не больше чем трамплин для того, чтобы обосноваться в Москве.
За счет соседства со столицей Московская область продолжает уже много лет оставаться в числе туристических регионов страны. Москвичи предпочитают в выходные путешествовать по городам области, тем самым влияя на рейтинг привлекательности. Для иностранцев же и для иногородних Подмосковье обычно - довесок к основной программе, связанной с Кремлем, Большим театром, Арбатом и Третьяковкой. Ну, согласитесь, вряд ли туристы из Берлина, Шанхая или Вашингтона специально поедут в Россию полюбоваться видами Бородинского поля или храмами Коломны.
Подмосковье для очень многих людей - некий буфер, отделяющий Москву от остальной России, большой зал ожидания или вечная транзитная зона.
Около семи миллионов человек обосновалось в столичной области. Столь большая концентрация населения делает субъект весьма разношерстным в человеческом плане. Скажем, жители Озёр немного иные, чем жители Одинцова, а протвинцы и пущинцы отличаются от тех, кто живет в Балашихе или в Шаховской.
При этом наличие в самом центре области 12-миллионного мегаполиса перетягивает на себя все внимание самих жителей «заМКАДья», для которых понятие «Подмосковье» размывается.
К примеру, на улицах мы часто можем видеть людей в майках с надписями «Москва», «London», «Antalya», «Сочи» или «Дагестан». А со словом «Подмосковье» вы встречали? А сможете ли вы отличить герб Москвы от герба Подмосковья, узнаете ли флаг области или вспомните хотя бы строчку из гимна? Большинство даст на эти вопросы отрицательный ответ. И сие, заметьте, на фоне всеобщего вбухивания сил и средств в патриотическую работу и пропаганду любви к своей малой родине.
Кстати, нет у столичного региона и своего узнаваемого бренда. К примеру, Питер можно идентифицировать лишь по силуэту «Медного всадника» или шпилю Петропавловской крепости, Москву - по башням Кремля, зданию МГУ или храму Василия Блаженного.
По какому объекту узнать Подмосковье? Такового, в брендовом понимании, до сих пор нет. Жостово, павловопосадский узор или гжель могли бы послужить основой для неофициального символа области, но пока не послужили. При этом многие регионы страны, желая подчеркнуть свою идентичность и обозначить себя, придумывают и заказывают собственные логотипы, пытаясь сделать их частью массовой культуры и, отчасти через моду, добиться того, чтобы смена надписи «Manhattan» на маечке на, предположим, бренд «Калуга» прошла добровольно и с удовольствием.
