С прошлого года судебная практика в подобных семейных спорах в корне изменилась.
Многих испортил квартирный вопрос. И это так очевидно. Еще вчера – все поровну и на двоих, а сегодня – имущественные претензии во всем их многообразии. И основные притязания касаются жилья: если в период брака один из супругов приватизировал на себя квартиру (а может, земельный участок), то чьей собственностью она становится – личной или же совместной?
Семейный кодекс дает перечень оснований для возникновения личной собственности супруга в браке. Это «покупка вещей для индивидуального пользования (за исключением предметов роскоши и драгоценностей), создание объекта права интеллектуальной собственности и получение имущества по безвозмездным сделкам». Именно к безвозмездным сделкам и приравнивали суды долгое время приватизацию, предполагающую безвозмездный переход права собственности к гражданам, которые используют квартиру, дом или земельный участок для своих личных нужд.
В конце прошлого года Верховный суд России разрушил данную практику. В ходе рассмотрения спорного вопроса о разделе имущества бывших супругов он указал, что приватизацию не следует приравнивать к сделкам, т.к. у нее особый правовой характер: в основе возникновения прав и обязанностей сторон здесь лежит не договор, а, прежде всего, акт уполномоченного органа о передаче имущества в частную собственность гражданина. Поскольку же приватизация – это не сделка, то, несмотря на безвозмездный характер, она не может повлечь возникновение личной собственности супруга. Все, что не является личной собственностью супруга, автоматически признается совместной собственностью и делится пополам.
Поэтому теперь все приватизированное в браке имущество будет признаваться совместной собственностью супругов, независимо от того, на чье имя оно оформлено.
