Штрафы, снижение заработной платы, пустые обещания...
В редакцию «OKA-FM» обратился работник «Мострансавто» с просьбой привлечь внимание к проблемам, назревшим на предприятии – крупнейшем автоперевозчике пассажиров в Южном Подмосковье. В нашем распоряжении есть видеозаписи с автобаз и квитки зарплат.
Предыстория такова. В феврале прошлого года Государственное унитарное предприятие «Мострансавто» стало акционерным обществом. Такая смена юридической формы коснулась многих предприятий. Владимир Путин еще в 2017 году поручил правительству обратить внимание на унитарные предприятия при приватизации, поскольку ГУПы и МУПы стали создаваться не для обеспечения безопасности, а для устранения конкуренции и исполнения почти всех госзаказов.
В феврале 2020 года произошло объединение трех автоколонн: Серпуховской колонны №1790, чеховского ПТП (пассажирского транспортного предприятия) и Подольской колонны №1788. Предприятие стало называться МАП-5 (межмуниципальное автотранспортное предприятие). Судя по количеству МАПов на сайте Мострансавто, объединение коснулось не только Южного Подмосковья. И все-таки МАП-5 – это госпредприятие, оно финансируется из бюджета Московской области.
После объединения городские автоколонны превратились в производственные базы (ПБ), а директора на местах стали начальниками этих баз. Любые вопросы по заработной плате, запчастям и другим проблемам теперь решаются исключительно в головной организации, в Подольске.
А проблем прибавилось. Особенно на производственной базе Серпухова. Снижение заработной платы на фоне пандемии (казалось бы, муниципальное предприятие!), отсутствие запчастей, разбитый асфальт на базе, штрафы и недопонимание с руководством в Подольске.
Мы побеседовали с одним из водителей ПБ-Серпухов о сложившемся кризисе, проблемах и настроениях среди работников. Вот его рассказ, эмоциональный, иногда сбивчивый, но честный и откровенный. Крик души, о котором уже нельзя молчать.
Что волнует водителей?
Конечно, в первую очередь, заработная плата. Во-вторых, условия труда. В-третьих, большое количество штрафов. А еще: массовые увольнения и сокращения, отсутствие запчастей и резины, ответственность водителя за поломки, состояние базы...
Заработная плата наша упала с началом пандемии. Мы понимали, что во время карантина урежут и зарплату, и премии, были готовы перетерпеть. Рейсов, конечно, стало меньше, но с июня все вышли по плану, как было и до карантина.
Однако имеет место неравномерное распределение средств при начислении премий. И это волнует всех на нашей базе. Так, в Чехове и Подольске премии достигают 90% от оклада, а в Серпухове – максимум 60%, да и то не у всех (квитки прилагаются - прим.ред.). Хотя и условия труда не соответствуют временным затратам, если сравнивать три базы: Серпухов, Чехов и Подольск.
Сравним Чехов и Серпухов. Из Чехова в Москву водители делают 3 рейса в день. Все часы идут в наряде. А из Серпухова водители тратят иногда по 10 часов, но есть «разрыв» в два часа. Реалии же таковы: оплатят 45 минут простоя, а больше часа – неоплачиваемый обед. Дорога, разумеется, занимает больше времени, я устаю больше, мне ехать дальше, отдыха меньше. Надо найти равноправие.
6 июля состоялось собрание по вопросам заработной платы, пересмотру ставок, в Серпухов приезжал директор МАП-5 Сергей Александрович Филимонов. На все вопросы отвечал, что все наладится, все проблемы – в процессе решения.
А в итоге, в Серпухове зарплата за июнь осталась на уровне карантинных месяцев и к прежнему размеру не вернулась. Хотя водители работали больше.
В конце июля председатель профсоюзного комитета была на собрании областного комитета Мострансавто в Москве, говорила с заместителем генерального директора по персоналу Гайдо Екатериной Эдуардовной. Она поделилась, что рассчитывать ни на какие повышения в этом году не стоит, изменения в бюджет не вносились. Получается, в Москве говорят одно, в Подольске – другое. Мы хотим разобраться в ситуации.
Увольнения, штрафы, условия труда
Водители сейчас – на грани. Вот была комиссия: одного уволить, второго уволить, третьего уволить. Я позвонил председателю профсоюза нашего и обратился с вопросами. Почему такие увольнения? Как можно опытными водителями разбрасываться? Но, по словам директора Филимонова, надо будет, других наберем.
От безысходности пытаемся уже письмо губернатору писать. Черновик обращения готов, это просто крик души. Водителей и во время пандемии не хватало – требовалось 70-90 человек. А сейчас 120 водителей нужно.
И нагрузку нам нельзя увеличить, мы и так работаем максимально разрешенное количество часов. Да, где-то рейс в итоге не поставят…
Кроме водителей тоже есть специалисты, которых не хватает. Раньше у нас были «гонщики». Это водители, которые ночью перегоняют автобус на ремонт, если нужно – на мойку, шиномонтаж и заправку.
В прошлом году был случай, когда водитель судился с предприятием как раз из-за дополнительных обязанностей. В Мострансавто заявили, что есть 20 «гонщиков», а все водители сразу после смены уходят отдыхать. На деле же был один, и тот уволился.
Теперь водители сами после смены, даже ночной, считают кассу, сдают ее, сами заправляют и моют автобус снаружи (для внутренней уборки персонал есть), находят место для парковки. А есть и основные обязанности: сдать путевку, пройти медика после рейса. Летом такая дополнительная нагрузка занимает минут 40, зимой — в два раза больше. А ведь нужно домой добраться, у нас водители есть из Липиц, Пущино, даже из Тульской области. Получается, что вместо 8 часов отдыха остается 7 или даже 6 часов.
А на следующий день – снова рабочая смена. Это ухудшение условий труда. Мы хотим, чтобы нас услышали, навели порядок.
И за все подряд наказывают! Вышло постановление: транспортные инспекторы могут штрафовать за отсутствие маски, например. И за водителя, и за пассажиров. Я лично на «Лесопарковой» это наблюдал. Транспортная инспекция может мне, как водителю, выписать до 20 тысяч штрафа за то, что без маски, без перчаток. А компании – до 200 тысяч. Меня могут уволить и принудить выплачивать эти штрафы.
У людей экзема начинается в такую жару! На маски раздражение, я не знаю, где они маски такого качества берут. Во многих автобусах не работают кондиционеры. В салоне – до +40 градусов! Штрафуют уже даже за то, что положил руки на руль или перекусил, пока стоишь в пробке. Нам поставили камеры, одна из них смотрит прямо на водителя. Доступ есть у всего руководства в Подольске. Можно просматривать в онлайн-режиме.
Обеспечение запчастями и ремонт
Автобусы наши рассыпаются. На базе нет запчастей, асфальтное покрытие – в ужасном состоянии. Недавно автобус провалился в яму на базе так, что достать смогли лишь спустя 5 часов.
Автобусы встают на колени... Хочешь работать, но как? Если какая-то поломка случилась, нужно «встать на заявку». И мы понимаем, что запчастей нет. Каждый день водители выезжают на рейсы на свой страх и риск. Хорошо, если просто кондиционер не работает, хоть и тяжело. Ведь автобусы кисточкой подкрашивают!
А если более серьезная поломка, но на рейс допускают? Если водитель подписал путевку и выехал за ворота базы, вся ответственность за поломки, аварии из-за неисправностей ложится на него. А у нас колеса лопаются прямо на рейсе, это может привести к опасной ситуации на дороге.
Если поломка серьезная и автобус не может выйти на рейс из-за рисков, поможет только везение и тотальный контроль. Пока автобус ждет замены поломанной запчасти, можно только молиться, что с него не снимут то, что работает. Если резина или колеса хорошие — снимут и поставят на другой автобус. Такие случаи были. Приходится контролировать, потому что можно и вовсе лишиться «своего» автобуса, на котором работаешь. Поставили автобус на ремонт, а по итогу растащили его на запчасти для других, с менее серьезными поломками.
И начальник нашей производственной базы не может помочь с решением всех этих проблем. Теперь все заявки на запчасти, резину, ремонт идут в центр, в Подольск. Мы нашего начальника базы понимаем, он тоже хочет порядка, но, видимо, нет ни финансирования, ни поставок необходимого. Должны же быть указания о закупке, поставке, финансирования из Подольска, мы хотим разобраться, почему такое плохое снабжение.
Автотранспорт, который списан… Или не списан?
Только на производственной базе Серпухова около 50 автобусов стоят как «списанные». И это малая часть транспорта, который никуда не выезжает с базы. По документам этот общественный транспорт, может быть, где-то и есть, но на самом деле — простаивает и гниет на базе в Серпухове.
По документам он ездит, а по факту — стоит. Ведь если бы автобусы действительно списали, все единицы давно бы вывезли с территории ПБ-Серпухов. На эту технику идет амортизация, средства на топливо… Что это? Как называется?
Я не знаю, чего добивается руководство МАП-5. Зарплаты падают, общественный транспорт находится в удручающем состоянии, нет запчастей, водители бегут...
Если наше предприятие развалится, пострадают все: и пассажиры, и работники, и Московская область. С нуля построить такую организацию, десятилетиями обслуживающую сотни тысяч пассажиров, за короткое время невозможно. И, безусловно, это будут большие потери для бюджета региона.
